Новости Запорожья и в Украине

О самом богатом враче мира Патрик Сун-Шон

patrik-sun-shonБлагодаря уму, целеустремленности и толике удачи Сун-Шон оказался обладателем огромного состояния: оценивают его в $12 млрд. Однако за ним закрепилась репутация не ученого, а дельца. И это, по словам друзей, задевает исследователя.

«Его уважают как бизнесмена, — отмечает Майкл Кроу, президент Университета штата Аризона, с которым работает Сун-Шон. — Но это совсем не та слава, которой достоин создатель препарата, повышающего коэффициент выживаемости при раке до 80%».

Новый масштабный проект Сун-Шона сродни научной фантастике. В теории его технология должна работать так. Онкобольной приходит в клинику на обследование. Ему делают мгновенный комплексный анализ — от расшифровки ДНК до определения состава крови. Результаты в режиме реального времени передаются через сверхбыструю сеть на основе патентованной технологии. Никаких авторучек, бумаги и папок для документов. Через несколько минут компьютеры рекомендуют, какие препараты следует опробовать. Когда пациент возвращается домой, с помощью той же технологии врачи продолжают отслеживать его состояние. Тем временем администратор клиники оценивает эффективность и стоимость различных процедур и лекарств, сравнивая данные из больниц но всей стране.

Эта концепция родилась в 2005-м, в процессе утверждения абраксана. Одно из исследований показало, что врачи неправильно назначали лечение каждым двум из трех больных раком поджелудочной железы. Сун-Шон понял, что одними лишь компьютерами проблему не решить. Нужно связать их высокотехнологичной «нервной системой».

«Как можно было надеяться на победу, полагаясь на новые знания в молекулярной биологии в борьбе с болезнью, которая постоянно видоизменяется?» — вопрошает ученый.

Подобно автомеханику, который рыщет в поисках запчастей, Сун-Шун начал скупать компании и строить из них свою новую «машину». Среди них — филадельфийская Eviti, которая предлагала страховщикам услуги по проверке правильности лечения, назначаемого онкобольным. Три десятка онкологов и медсестер Eviti внимательно изучают медицинские журналы. Цель — убедиться, что врачи используют только самую свежую информацию.

Еще одна покупка — компания iSirona из Панама-Сити, штат Флорида. Ее специалисты занимаются подключением медицинской аппаратуры к системам ведения электронных историй болезни. Сун-Шон утверждает, что теперь может соединять компьютерной сетью 6000 различных устройств, включая пульсокс и метры (датчики насыщения крови кислородом), устройства мониторинга кровяного давления и напольные весы. К системе подключаются также сотни различных медицинских и финансовых компьютерных программ от крупнейших производителей.

Используются и другие технологии. С помощью программы Qi Imaging, например, можно просматривать снимки компьютерной томографии и МРТ на мобильных устройствах.

Пузырек для таблеток GlowCap с умным колпачком за $80 напоминает пациенту миганием индикатора, что пора принимать лекарство, а затем сообщает врачу, открыл ли больной пузырек. Кроме того, Сун-Шон купил за $100 млн и модернизировал высокоскоростную правительственную компьютерную сеть National LambdaRail. По ней он планирует передавать медицинские данные.

«Чтобы лечение было качественным, необходимо отслеживать результат в реальном времени, — поясняет миллиардер. — То же надо делать и с затратами. Тогда пациент сможет получить медицинские услуги высочайшего качества по самой низкой цене».

Все эти компании (и десятки других, которые Сун-Шон купил или основал) объединены в корпоративную структуру, столь же запутанную, как и ее конечный продукт. Около 800 сотрудников Сун-Шона рассеяны по офисам в 14 городах. Материнская холдинговая компания NantWorks насчитывает девять подразделений. У каждого — собственная группа инвесторов. Все подразделения создавались так, чтобы их можно было выводить на биржу по отдельности. Первое IPO запланировали на следующий год — его проведут для подразделения NantHcalth, разрабатывающего информационные технологии для медицины. Среди инвесторов — Verizon, Celgene, BlackBerry и инвестиционное ведомство Кувейта.

Потенциальные преимущества и недостатки медицинского проекта Сун-Шона укладываются в один-единственный показатель: 47 секунд. Именно столько, по словам врача-предпринимателя, его сложнейшему суперкомпьютеру требуется на генетический анализ. Точность — вплоть до выявления отдельных белков, восприимчивых к тому или иному лекарству.

«Обычно такой анализ занимает 11 недель», — улыбается Сун-Шон.

Это невероятно смелое заявление. И как многие другие высказывания бизнесмена — неподтвержденное.

Впервые Сун-Шон представил свою платформу широкой публике в октябре 2013-го, на конференции Healthcare Summit в Нью-Йорке. Презентация получилась удивительно интересной и эмоциональной. Участники — выдающиеся врачи, ученые и руководители медучреждений — признали Сун-Шона лучшим докладчиком (95% слушателей оценили его выступление на хорошо или отлично). Но немало участников отнеслись к докладу миллиардера скептически — именно из-за его утверждения о «47 секундах».

В прошлом году я потратил массу времени на то, чтобы разобраться, можно ли доверять словам Сун-Шона о «47 секундах» — уж слишком часто миллиардер их повторяет. Оказалось, что его заявление в корне неверно. 47 секунд — это средняя величина интервала, с которым выдаются результаты, а не время анализа для одного пациента. С тем же успехом можно заявить, что ресторан McDonald’s способен мгновенно выдать вам 800 коробок «Хэппи Мил», отталкиваясь от того, что компания продает 800 коробок в секунду по всему миру. Сколько времени занимает анализ генома пациента на самом деле? Сун-Шон признает, что стремится ускорить его до 24 часов.

Это в любом случае невероятно быстро. Дэвид Файнберг, президент подразделения UCLA Health System, подтверждает, что получал данные анализа для онкобольных за пару дней. Рэнди Аксельрод, исполнительный вице-президент Providence, где вскоре внедрят систему Nam, рассказал, что ему выдали данные секвенирования ДНК нескольких пациентов за несколько часов.

К чему тогда это ненужное, если не сказать вредное, преувеличение о 47 секундах? Разве нельзя просто сказать: мы используем невероятно быстрое оборудование и сети передачи данных? В конце концов неважно, сколько времени занимает анализ: 47 секунд, час или пять часов. Важны точность и дешевизна.

Сун-Шона подобные вопросы раздражают: «Когда ты выходишь за привычные рамки, некоторые люди чувствуют угрозу и атакуют, — говорит он. — А если у тебя еще и публичная фирма, то биржевые спекулянты, играющие на понижение, подливают масла в огонь. К счастью, сильные люди (я не только себя имею в виду) упорно продолжают свое дело. Если бы они сдались, то мы никогда не увидели бы многих прорывов в здравоохранении, науке и технологиях».

Вскоре у Сун-Шона появится шанс заставить скептиков замолчать. «У него гениальные идеи и фантастические сотрудники, — утверждает Джим Дэвис, директор но технологиям компании Genomics England. — Дело только за внедрением технологии».
В лос-анджелесской больнице Св. Иоанна, которой Сун-Шон пожертвовал $85 млн, уже работает прототип системы, созданной Nam. Она в реальном времени отслеживает ход лечения пациентов и его стоимость. Providence Health & Services, которая купила больницу, запланировала полномасштабное внедрение системы. Когда Сун-Шон заключал сделку с Providence, он встречался с ее гендиректором Родом Хочманом. Бизнесмены договорились использовать Providence как испытательную площадку не только для программного обеспечения NantHealth, но и ее технологии генетического анализа. Эту процедуру будут проходить 25 000 онкобольных.
Рак — заболевание генетическое. Оно развивается, когда какой-либо генетический дефект, а чаще их сочетание, приводит к неподконтрольному росту клеток. Выявив генетические дефекты и подобрав лекарства для их устранения, врачи смогут бороться с онкологическими заболеваниями, которые нельзя вылечить иным путем.

У Сун-Шона есть пример успешного использования технологии Nam. Женщина с раком шейки матки прошла процедуру секвенирования ДНК. Когда данные загрузили в компьютеры Nam, выяснилось, что панилломавирус человека, вызывающий рак, внедрился в ген под названием HER2. Этот ген блокируется препаратом герцептин, который применяют для лечения рака груди и обычно не дают больным раком шейки матки. После лечения терпентином опухоль уменьшилась.

История хороша, но рекламная шумиха вокруг нее, опять же, только вредит. Система Nam показала великолепный результат. Но едва ли его можно назвать медицинским прорывом или хотя бы уникальным случаем. Например, стартап Foundation Medicine, который финансируют Билл Гейтс и Google Ventures, опубликовал информацию о случае, когда лекарство от рака помогло бороться с опухолью толстой кишки.

Что делает систему Nam уникальной, так это ее масштаб. Если Foundation Medicine проверяет на предмет мутаций 343 гена раковых клеток, то Сун-Шон планирует тестировать в 260 раз больше. Компания будет секвенировать весь геном пациента, геном раковых образований (он отличается от генома здоровых клеток), а также цепочки РНК, созданные раком. Даже с использованием секвенаторов расшифровка генома пациента обойдется в $3000 и займет три дня плюс день на анализ. Providence планирует частично оплачивать процедуру за счет страховщиков.

Возможно, самую красноречивую фразу о Сун-Шоне произнесла Сьюзен Десмонд-Хеллман, гендиректор благотворительного фонда Билла и Мелинды Гейтс. Она следила за успехами ученого, когда руководила клиническими исследованиями в компании Genentech, затем — будучи ректором Калифорнийского университета в Сан-Франциско.

На конференции Healthcare Summit Сьюзен обронила: «Не стоит его недооценивать».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

(Spamcheck Enabled)