Недавно во Львове подожгли творческую мастерскую главного архитектора Львова Юлиана Чаплинского. Видеокамеры зафиксировали двух парней в капюшонах, но виновных в преступлении до сих пор не найдено. В городе возникает множество конфликтов по поводу незаконного строительства. Возможно, господин Чаплинский и «перешел дорогу» каком-то застройщику, но окончательную точку в этом деле поставит следствие. Я встретилась с чиновником в одном из кафе. В должности главного архитектора города г-н Чаплинский работает больше года. За это время скандалов вокруг незаконных застроек только больше.

Такой инструмент как вибротрамбовка электрическая не очень распространен в Украине, а зря, ведь у такой «виброноги» множество преимуществ. В первую очередь это невысокая цена и меньший вес по сравнению с вибротрамбовками, работающими на дизеле и с аналогичной мощностью. Кроме того, с ними можно работать в условиях невозможности свободного доступа воздуха.

— Господин Чаплинский, главный архитектор города звучит гордо. Ваша работа сводится к выдаче справок или у вас значительно более широкие полномочия?

— Моя должность звучит авторитетно, но полномочия архитектора города были сильно урезаны. В советское время архитектор начинал процесс строительства и его заканчивал. Незаконные действия в строительстве были невозможными. Мы выгнали Януковича, но его законы остались. Управление архитектуры не имеет полномочий согласовывать паспорта фасадов и многое другое. Зато мы присваиваем почтовый адрес новостройкам. Однако при проектировании застройщик может изменить конфигурацию крыши, количество этажей, цвет фасада и тому подобное. Многие разрешений выдает Киев, а мы в конечном итоге получаем сюрприз. Например, дом планировался на четыре этажа, а выросло семь.

— Как вы на это реагируете?

— То, что в городе есть много желающих строить новое жилье, хорошо. Вопрос, как это делать, чтобы не было хаотичной застройки. Как можем сдерживаем недобросовестных строителей. К счастью, во Львове ситуация лучше, чем в других городах. Земли под строительство не так много осталось, но есть промышленные территории. Например, территория бывшего завода «Полярон». «Кинескоп» частично превратился в офисный центр, также здесь планируется строительство жилого дома, супермаркета, гостиницы. Завод железобетонных изделий на ул. Кульпарковской, так же разрабатывается детальный план этой застройки.

— Что делать с «вставками» в старой части города? Бывает, новые дома появляются просто между зданий.

— Это естественный процесс «пломбирования» этих кварталов. Если с двух сторон дома глухая стена, она должна быть застроена. Таким был замысел австрийских архитекторов. Никто не обращает внимания на незаконно выбиты окна в старых стенах, а они делают невозможным дальнейшее строительство. Например, на ул. Глубокой строится дом. Застройщики оставили «глухой» стены, возможно, когда-то его застроят.

— Но на глухой стене не может появиться семь этажей!

— Не может. «Гранд-отель» — неузаконенное строительство. Здание не принято в эксплуатацию. Все работы там приостановлены. Дом на ул. Снопковской, 18 «шпарят» без документов. Все об этом говорят, а от застройщика — никакой реакции. Где правоохранительные органы? Когда доходит до суда, судьи говорят: «Вернитесь к проектным решениям». Которых проектных решений, если оснований для проектирования нет вообще. В таких случаях руки опускаются…

— Почему во Львове столько скандалов вокруг строительства жилья?

— Конфликты возникают чуть ли не во всех случаях. Жители преимущественно против любого строительства. Относительно дома на ул. Глубокой (не выше Политехники) к нам не поступало ни одной жалобы. Это скорее исключение… Застройщик обошел все квартиры, раздал визитки, спросил, чем может помочь. Людям нужно объяснять законы. Я за то, чтобы застройщик говорил с жителями еще до начала строительства. Есть общественные активисты, которые «раскачивают» конфликты. Я вижу предвзятость к одним проектам и беспристрастность к другим. Заказчик только намекнул, что хочет строить, а его уже начинают «гасить»… Были факты, когда застройщики говорили, что их шантажируют, требуют квартиры. Если они на это не соглашаются (имеют все документы), эти «активисты» обходят всех соседей, рассказывают, что их дом рухнет…

— Люди боятся, что их дом начнет трещать по швам, если вплотную начнут строить. Опасность есть?

— Когда на ул. Олени Степановны строили дом (на территории бывшей воинской части), кто-то из специалистов допустил ошибку в расчетах. Хотя были проведены все геологические работы. Когда начали рыть котлован, оказалось, что там течет источник. В соседнем доме появились трещины. Застройщик взял на себя ремонт всех квартир. Дом усилил, утилизирует воду. Проблему исчерпал, конфликт угас.

(Г-н Чаплинский показывает в планшете (на googl-maps) ежеквартально-периметральную застройку старого Львова, говорит, за время независимости Украины она была сильно искажена. — Авт.).

— Во Львове четко выделяется австрийский период строительства, советский и украинский. Каковы причины, современная застройка часто не вписывается в архитектуру города?

— Причин много. Но основная, на мой взгляд, Львов населяют люди, которые не строили этот город. После войны коренное население города изменилось на 90%. Поляки, евреи были уничтожены или уехали. У нас нет традиций преемственности. «Это мой дед, прадед строил… Это мое здание, я о нем забочусь». Такое небрежное отношение к домам привело к уничтожению фасадов, остекление балконов. Никто не заботится о подъездах, лестницах. Мы говорим о застройщиков и забываем, что рядовые львовяне уничтожают свои дома. Мы живем во время безымянной архитектуры. Всех интересует: кто это строит, кто это согласовал, но никого не волнует, кто это проектирует. А архитекторы защищать свои проекты. Я не буду за каждый проект оправдываться перед львовянами. Это не мои полномочия.

— Вы бываете за рубежом. Как там развиваются города?

— Мы плодотворно работаем с польскими городами — Вроцлавом, Краковом … Во-первых, там государство соблюдает законы. В частности, и все слои общества. Или это инвестор, строитель, суд, полиция. Если указано, что можно построить пять этажей, то никто не думает: сейчас «порешаю» и построю семь. У людей европейское мышление. В Украине ситуация иная. Коридорами городского совета ходят лоббисты и собирают документы… Если у нас в ближайшее время не будет прецедента, чтобы самовольное строительство разобрали, то я могу освобождаться… Но сейчас никому нет до этого дела. Большинство народных депутатов являются владельцами строительных компаний. Создавать законы против себя они не будут.

— У вас тоже есть свое личное архитектурное бюро. Не видите в этом элемент коррупции?

— Внесу ясность. В 2006 г. я основал компанию «Чаплинский и партнеры». Эта фирма имела последний контракт с библиотекой Католического университета. Когда я пришел на эту должность, то должен избавиться от коммерческой деятельности, и я переписал фирму своего отца. Компания не ведет никакой деятельности. Она существует только юридически.

— Какая ваша мотивация, почему согласились на эту должность?

— Я собирался выезжать в Германию. За месяц до выезда меня перехватил Андрей Садовый и предложил возглавить управление архитектуры (точную сумму зарплаты чиновник не смог назвать. — Авт.). Я задекларировал все свое имущество и деньги, которые откладывал на поездку. У меня есть на что жить. Андрей Иванович обещал дать волю. Чтобы мы навели порядок в этой сфере, так как от этого бардака все страдают. Поэтому у архитекторов появился свой адвокат.

— С Союзом архитекторов вы наладили мост, а с активистами, которые следят за незаконными застройками?

— Пытаемся это сделать с теми активистами, которые хотят разобраться в проблеме. Если у активиста стоит задача «мочить» городской совет и Садового, тогда не договоримся. Это постоянное нагнетание: «Нас выгонят с ЮНЕСКО»… За всю историю только два города, Дубаи и Дрезден, исключили из зоны ЮНЕСКО. Оснований, Львов исключат, нет. Разве что построим небоскреб на площади Рынок, тогда это может произойти.

— Есть ли уже известно, кто сжег вашу мастерскую?

— Нет. Следствие продолжается. Я озвучил разные версии. Сейчас никакого результата нет.