Новости Запорожья и в Украине

Трансгендер, прошедший гормонотерапию, родил ребенка!

17 Октябрь 2016

Комментарии

0
 Октябрь 17, 2016
 0

Фридрих Чернышев (Фриц фон Кляйн) — трансгендерный человек. Родился женщиной, но идентифицирует себя как мужчина. Гормонотерапию начал принимать после четвертого курса (Фридрих учился в медицинском вузе в Донецке). У него изменился голос, на лице появилась щетина. Коротко остриг волосы и удалил грудь, чтобы грудная клетка выглядела плоской. За лето внешность Фрица претерпела такие трансформации, что однокурсники едва его узнали.

«Однокурсники стыдливо отводили глаза. Продержался неделю, после чего написал в соцсетях, то, что со мной происходит, — результат гормонотерапии, что я хочу идти дальше и теперь меня следует называть мужским именем. Не знаю, что там говорили за спиной, но в глаза никто ничего плохого не говорил. Одногруппники даже пообещали, что будут меня защищать, если возникнут какие-то эксцессы. Преподаватели также отнеслись с пониманием, хотя некоторым трудно было объяснить, почему меня следует называть Фридрихом, если по документам я — женщина», — рассказал во время публичного интервью в рамках спецпроекта «Литература против агрессии» активист ЛГБТ-сообщества.

Он — родом из Донецка. Его мама уехала из оккупированного города, а вот бабушка, несмотря на возраст, осталась. Фридрих признается: с тех пор началась война, в родной город — ни ногой. Сейчас живет в Киеве.

«Интуиция мне подсказывает, что с толерантностью в Донецке плохо. Одного из трансгендеров вывозили под конвоем ООН, потому что сепаратисты не хотели его выпускать. Трансгендерные люди, которые там живут, ушли в глубокое подполье. Боятся насилия — физического, сексуального. Таких, как они, сепаратисты могут даже приговорить к смертной казни».

На встречу Фридрих пришел в черных брюках с десятками металлических заклепок, черной футболке и кардигане. На голове — дреды, некоторые локоны — фиолетового цвета. На лице — пирсинг. Фриц знает, что таким образом привлекает внимание к своей персоне, но на это не обращает внимания.

transgender

Каждый считает, что должен одеваться так, как ему нравится: «Врачи из медкомиссии, которые решали, позволить мне менять пол или нет, спрашивали, умею ли я забивать гвозди. Это смешно, ведь есть много цисгендерних мужчин (гендерная идентичность которых совпадает с биологическим полом. — Авт.), Не долбят перфоратором стену, и никто от них этого не требует. Если признаешься, что любишь писать стихи, в графе «Ж» члены медкомиссии ставят галочку — по их мнению, не подходит мужчине быть поэтом (с 2003 года Фридрих занимается переводами стихов с немецкого и украинского на русский. — Авт.)».

В обществе бытует мнение, что трансгендеры живут в «чужом» теле и поэтому страдают. Считается, пока трансгендер не окажет полный переход (не только пройдет гормонотерапию и мастэктомию — удаление молочных желез, но и оперативным путем изменит вид половых органов), до тех пор будет чувствовать себя неполноценным. Фридрих утверждает, что это не так. Он — гей, и полного перехода не совершил, потому что хотел родить ребенка. Два года назад… ему это удалось! До сих пор не может объяснить, как решился на такой шаг.

«Надо было спешить. За гормонотерапию организм бы не поблагодарил. Еще несколько лет — и я бы физически не смог забеременеть», — говорит Фриц. Рожал в Латвии.

Сейчас ребенок живет с Фридрихом, но он избегает разговора на эту тему.

Похоже, выбора у Фридриха не было. В Украине всех трансгендеров в обязательном порядке стерилизуют, лишая их возможности иметь детей. А поскольку трансгендерность — психиатрический диагноз, усыновить детей также не могут. Это был его единственный шанс на отцовство, и он им воспользовался.

«Украинское общество не является гендерно толерантным, — говорит Фридрих. — Каждый трансгендер рискует стать жертвой коррекционного изнасилование (когда таким образом пытаются «исправить» ориентацию жертвы или заставить ее отвечать гендерным стереотипам. — Авт.). Много говорится о гомофобии и почти ничего — о трансфобии, которая присутствует даже в ЛГБТ-сообществе. «Мы любим людей нашей пола, а ты — что-то делаешь со своим телом. Зачем?» — удивляются геи и лесбиянки. Трансгендерность до сих пор считается психическим расстройством, патологией. Каждый гей может сказать своему оппоненту: «Это — не у меня проблема, а у тебя. Читай МКБ-10 (Международный классификатор болезней. — Авт.)!». Трансгендер, чтобы осуществить полный переход, должен 30 дней пролежать в психбольнице и получить соответствующий диагноз. Это постоянное стремление доказать, что ты есть ты! Эти постоянные унижения, когда врачи спрашивают, в какой позе ты ходишь в туалет!».

Фридрих сих пор живет с женскими документами. По закону, трансгендерный человек не может их изменить, пока не произойдет полный переход или если у нее есть несовершеннолетние дети.

Но Фриц уже привык жить с «чужим» паспортом. В 25 лет вклеил второе фото, на котором его уже можно узнать.

Вспоминает, как после прилета в Москву работники службы безопасности аэропорта отвели его в отдельную комнату и начали деликатно расспрашивать о жизни, в частности интересовались, есть ли у него брат-близнец. Были настолько сбиты с толку, что забыли дать на подпись миграционную карточку!

«В Борисполе, когда проходил через металлодетектор, то запищал, и работница аэропорта попросила меня показать паспорт. Заглянув в документ, поинтересовалась: «Хотите, чтобы я вас осмотрела или это должен сделать мужчина?». «Мне безразлично», — искренне ответил я. Еще подумал тогда: молодцы, научили их, как вести себя в таких нестандартных ситуациях. Дохожу до паспортного контроля, и тут начинается — «Это не вы!». Говорю, посмотрите на визы — на всех фото у меня такой вид, который имею сейчас. А они: «Можете показать внутренний паспорт?». «Могу, но там фото еще хуже», — предупредил. Даже очки снял, чтобы им легче было меня идентифицировать. Пропустили, конечно, потому что ситуация доходила до абсурда», — говорит Фридрих.

За рубежом проблем у него никогда не возникало. Иностранцы не понимают, какое украинское имя мужское, а какое — женское.

«В Амстердаме, куда ездил на конференцию по борьбе с расизмом, познакомился с женщиной по имени Фара. Впоследствии узнал, что Фара — это мужское имя. В Амстердаме детей из школы учат: если человек носит не ту одежду, которую обычно носят представители его пола, или идет за руку «не с тем» партнером, то не надо это учитывать. Люди с маскулинной внешности (большими бородами и накачанными мышцами) могут ходить в платьях, с нарисованными губами и при этом чувствовать себя абсолютно безопасно. Я чувствовать себя так в Киеве не могу, — с сожалением констатирует Фриц. — Когда ходил в килте в Амстердаме, людям было все равно, во что я одет. В Киеве меня таскали за волосы, не зная, что я — трансгендер. Украинцам хватает положительного равнодушия. Мне, например, все равно, что у человека в штанах».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

(Spamcheck Enabled)