Новости Запорожья и в Украине

priyut-pif  Переселенка из Стаханова Луганской области Екатерина Гавриш встречает нас у ворот чужой недостроенной дачи в районе киевского Сырца. У её ног прыгает Лабрадор Аманда, а йоркширский терьер Мика приветственно лает, встречая гостей.

«Это не все мои беженцы-наверху ещё три кота», — так Гавриш называет животных, вывезенных ею в июле из зоны войны на востоке.

В качестве волонтёра она помогала эвакуировать часть питомцев стахановского приюта. Некоторых из них согласились взять к себе домой граждане Германии.

Вернуться за следующей партией усатых-полосатых Гавриш уже не смогла: в городе начались бои. В осаждённом Стаханове оставались и её собственных пять домашних питомцев.

«Поезда тогда уже не ходили, и долгое время мои звери были там одни, — рассказывает бывшая жительница Донбасса. — Однако знакомые всё же взяли их в свою машину, когда бежали из города, и привезли в Киев».

Временное жильё спасительнице братьев меньших предоставили отзывчивые киевляне в ответ на призыв о помощи в интернете.

«Сейчас ищем квартиру, правда, пока никто не берёт к себе с животными», — сетует Гавриш.

Четвероногие в зоне АТО оказались даже в более трагическом положении, чем люди. Из-за трудностей транспортировки большинству переселенцев с Донбасса пришлось бросить своих питомцев дома, лишь бы спастись самим.

«Кошек ещё соглашаются брать в автобусы, а вот собак нет, — рассказывает Гавриш. — Знакомые не смогли выехать с немецкой овчаркой, даже предлагали заплатить за собаку как за человека, но её не взял водитель. Пришлось им остаться с псом в зоне боевых действий».

Тpriyut-pif-2акие истории для региона, охваченного войной, скорее исключение. По словам переселенцев, по улицам Донецка, Луганска и других осаждённых городов гуляют персидские кошки, а сенбернары, мопсы, чау-чау и шарпеи пристают к прохожим, надеясь выпросить еду и защиту.

Единичные пока не закрывшиеся приюты едва справляются с ситуацией — они переполнены, в некоторых начались эпидемии.

«Перед тем как Горловку взяли в кольцо, в местный приют из Краматорска передали 35 больных вирусным энтеритом щенков. А нужной вакцины нет, и отправить её туда сейчас невозможно», — рассказывает Александра Мезинова, директор киевского приюта Сириус.

Брошенные на произвол судьбы бессловесные твари сбиваются в стаи, дичают, превращаясь в дополнительную угрозу оставшимся в зоне жителям. Местные боевики борются с этой напастью простым доступным способом — отстреливают животных, рассказывают волонтёры.

Эвакуировать удаётся лишь мизерную часть собак и кошек. Однако у тех, кому посчастливилось выбраться с Донбасса, судьба складывается даже лучше, чем у булгаковского Шарика.

Зверьё, о котором объявляют через интернет, тут же находит себе новых хозяев. Люди охотно разбирают мохнатых беженцев, как только узнают, что они оттуда. Волонтёры пристраивают своих подопечных в Киеве, Луцке, Харькове и других городах. Некоторым везунчикам удаётся даже отправиться за пределы родины в Россию, Германию и даже ОАЭ.

Твари дрожащие

С началом боёв в Донецке обитателей приюта Пиф регулярно сотрясали звуки миномётных обстрелов и залпов тяжёлых орудий. Звери тяжело болеют из-за стресса, рассказывает здешний волонтёр Виктория Брызгалова.

«У старенькой немецкой овчарки Ирмы был инфаркт, после того как район, где находится приют, обстреляли с самолёта, — говорит она. — Другая собака сейчас проходит лечение после инсульта. Пытаемся поднять её на лапы».

Из-за постоянной бомбёжки она и её коллеги выходили на работу лишь на пару часов в день — в основном чтобы покормить животных.

Сегодня на попечении у сотрудников Пифа около 700 собак, и это число с началом военных действий не меняется уже долгое время, ведь вывозить их пока невозможно. Часть из них умирают от инфаркта и инсульта, от которых тут нет препаратов. На освободившиеся места тут же прибывают новички из числа брошенных.
Донецк кишит бродячими четвероногими. Иных хозяева даже с цепи не спустили — то ли в спешке, то ли надеясь на скорое возвращение. Сорвавшиеся с привязи, попавшие под обстрелы и наступившие на мины собаки с травмами продолжают поступать в Пиф каждый день.

Те, кому не удалось найти приют у людей, прячутся в подъездах опустевших жилых домов.

«Сейчас по городу бродят такие породы собак — мы бы и подумать не могли, что они когда-нибудь окажутся у нас в приюте, — удивляется Брызгалова. — Сама видела ксолоитцкуинтли (дорогостоящая мексиканская порода собак) и ньюфаундлендов».

Ещё до начала активных боевых действий волонтёрам удалось переправить нескольких собак и кошек в мирные регионы и страны. Но уже тогда все местные ветклиники закрылись, и нужные для поездки справки им помогали оформлять коллеги из столичных приютов при помощи знакомых ветврачей.

Транспортировка хвостатых переселенцев стала новым испытанием для них и их добровольных шефов.

«Мы выкупили купе, чтобы беспрепятственно провезти животных, — вспоминает Гавриш. — По закону, в поезде можно провозить не больше двух животных (в одном купе). Но с проводницей мы договорились. Ехать разрешили при условии, что двери нашего купе постоянно будут закрыты».

Уже в тот момент, когда спасённые барсики и рэксы прибыли в Киев, участь некоторых из них была устроена. Сотрудники Сириуса по интернету отыскали новых хозяев для четырёх кошек и трёх собак в Германии, куда они тут же отправились на автобусе.

Кроме того, из Пифа за время АТО более десяти животных переехали в Киев, 30 — в Россию, одна собака и три кота обрели новый дом в Луцке, а ещё одной собаке посчастливилось отправиться жить на курорт — в Дубай.
Восточноукраинское происхождение животных оказывает на людей магическое действие, рассказывает Вера Спитковская, жительница села Тарасовка Киевской области, приютившая в своём частном доме 30 собак и кошек из Макеевки и Донецка. Донбасских зверей мгновенно разобрали по домам местные, говорит она.

«Обычных зверушек их взять не заставишь, а тут!.. — удивляется Спитковская. — Такое впечатление, что люди чувствуют себя виноватыми. Сейчас берут только тех, кто прибыл из зоны АТО. Я бы могла и всех таким образом пристроить, но врать не хочу».

Пару раз приют Спитковской, которая даёт о своих «белых бимах» объявления в интернете, оказался для донбасских переселенцев чем-то вроде телепередачи Жди меня

«Девушка приехала из Одессы для того, чтобы забрать своего перса. Она его оставила в Донецке на попечение родителей. Но те бежали, оставив кота на лестничной клетке. Ко мне он попал уже через десятые руки», — вспоминает жительница Тарасовки.

Советы стае

priyut-pif-1Дворнягу Гену, раненого осколком, из донецкого приюта Пиф оставила у себя директор Луцкого зоопарка Любовь Денисенко. И хотя возможности трёхлапого пса ограничены, его приняли на службу в охрану зоопарка.

«В обход с охранниками ему ходить тяжело, но пока справляется, — рассказывает Денисенко. — Вахту несёт исправно. Подружился с лебедями. Они едят из одной миски».

По её словам, узнав из местных газет, что в город прибыла раненая на войне собака, жители Луцка повалили в зоопарк.

«Они первым делом искали вольер, где живёт Гена, говорит директор. — Он у нас стал так популярен, что мы даже думали перенести его вольер поближе к центру зоопарка».

Так, как Гене, повезло счита-ным десяткам брошенных животных Донбасса. Большинство питомцев продолжают бороться за жизнь в опустевших районах. Очередная партия четвероногих беженцев к
Мезиновой так и не доехала. В день их отправки в Киев были взорваны пути, да и автобусы уже не ходили. Однако Сириус продолжает на расстоянии помогать донбасским приютам выжить, перечисляя деньги на карточки волонтёрам.

Когда в Донецке ещё было тихо, в Пиф привозили собак жители Краматорска и Славянска, надеясь, что до столицы Донбасса бои не дойдут. Та же ситуация была и в Стаханове — тут принимали животных из Горловки, пока для них было место и еда.

«С продуктами очень тяжело, — отмечает Гавриш. — Еды уже не хватает и для людей. Сейчас в нашем приюте осталась ухаживать за животными только одна женщина. Собак, скорее всего, начнут уничтожать, потому что они по городу за людьми бегают, а те начинают психовать, паниковать».

По словам волонтёра, медикаменты для животных в осаждённых городах уже давно закончились.
Зоопсихолог Сергей Клочко считает, что полчища домашних любимцев, которые гуляют сами по себе в зоне АТО, представляют большую опасность для людей.

«Те, кого бросили в квартирах, умрут от голода и обезвоживания, — предполагает Клочко. — А животные, которых хозяева просто отпустили, инстинктивно начнут сбиваться в стаи, чтобы искать себе пропитание».

По словам эксперта, слабые собаки декоративных пород, а также кошки, привыкшие жить в квартирах, на воле погибнут очень быстро. А вот бойцовские породы, овчарки и другие сильные собаки для того, чтобы выжить, начнут убивать других животных, нападать на людей и даже откапывать трупы.

По своей природе собака-это хищник-падальщик, подчёркивает эксперт. И в стрессовой ситуации она обратится к первобытным инстинктам. Решения проблемы животных на войне Клочко пока не видит. По его мнению, сначала должны закончиться военные действия, во время которых необходимо, прежде всего, беспокоиться о людях.

«Когда прекратится война, нужно будет отлавливать этих зверей по всему Донбассу, по возможности возвращать их в семьи или же усыплять, — предлагает зоопсихолог. — А пока волонтёры должны ловить, кого смогут, и держать у себя, чтобы они не отвыкли от людей».

Гавриш на эту ситуацию смотрит более оптимистично. С объявленным перемирием ситуация на Донбассе несколько успокоилась.

‘Теперь снова появилась возможность некоторых вывезти, — радуется она. — Мы скоро поедем за очередной партией животных для Германии, а также повезём им припасы и медикаменты».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

(Spamcheck Enabled)