Флешмоб «#я НебоюсьСказаты» обнажил табуированную болезненную тему сексуального насилия, в том числе и в семье.

Флешмоб «# яНебоюсьСказать», который в «Фейсбуке» начала журналистка Анастасия Мельниченко, обнажил социальную проблему, о которой в Украине не принято говорить открыто. Сотни и сотни жертв сексуального насилия откровенно рассказали о домогательствах, изнасилованиях и унижениях. Есть корреспонденты, которые считают, что не стоит делиться такими историями, мол, какой от этого толк. А некоторые мужчины обижаются, называют такую инициативу «антимужицкой», «бабыдуры…».

«К сожалению, некоторые женщины делают все, чтобы к ним так и относились, воспринимая мужчин как кошелек. Как я должен относиться к девушке, которая смотрит на меня как на деньги?» — пишет один блогер.

Другие высмеивают флешмоб, который стал своеобразной «проверкой на вшивость»…

Мы проследили, как люди реагируют на такую инициативу. И какие советы дают пострадавшим психологи и психотерапевты?

«Лезь в ванну. Будешь морским котиком»

К флешмобу присоединились не только украинские женщины, но и российские. Есть среди пострадавших и мужчины, которые также поделились своими историями. Говорим не только о физическом насилии, но и о моральном (в Галичине эта проблема даже острее). Мужчины-тираны, которые годами издеваются над своими женщинами, подавляют их, —  явление нередкое.

Как-то одна знакомая рассказала ужасную историю, как ее экс-супруг заставлял залазить в ванну и там кормил рыбой. Она должна была играть роль «морского котика». И это было далеко не единственное желание этого психопата. Она терпела все издевательства пять лет!

Другая знакомая взяла на себя все обязанности — работа, дом, дети. Все на ней. А человек корчит из себя «великого бизнесмена», как говорят, тяжелого в руки не берет. Обычно у таких мужчин деспотические мамы, из которых вырастают «маменькины сыночки», любимчики.

Часто жена финансово зависима от своего благоверного, вот и терпит, но не всегда… Чаще всего женщина боится остаться одинокой. Думает, что не справится с жизненными вызовами.

Согласно статистике, больше всего выездов у нынешних полицейских на семейные разборки. Бывают случаи, мужчины прячут одежду своих жен, чтобы те без присмотра не могли и шагу ступить. Ограничивают их общение с внешним миром, друзьями и коллегами. Если человек деспот и самодур, стоит терпеть такое?

«Он подошел сзади. Повалил меня на диван…»

Анастасия Мельниченко просит женщин говорить и не оправдываться, потому что виноват всегда насильник. Она делится своими историями. Когда ей было шесть, и когда 21. Она как раз рассталась со своим мужем-психопатом.

«Задумывались ли мужчины, как оно: вырастать в атмосфере, когда к тебе относятся как к мясу? Каждый считает в праве распоряжаться твоим телом…

Я знаю, до них вряд ли дойдет. Я бы вообще ничего не объясняла, но их, к сожалению, половина человечества. Женщинам важно говорить о нашем опыте. Важно делать его видимым. Пожалуйста, говорите», — призывает журналистка.

«Мне 8. Я возвращаюсь из школы домой, вызываю лифт, в последний момент в лифт затесался пацанчик лет 25-ти. Он везет меня на лифте на последний этаж дома, где мы жили, потом тянет на чердак и там насилует…», — рассказывает одна из женщин.

«Меня пытался затянуть в кусты мудак, когда вечером возвращалась домой. Отбилась, ничего не произошло. Всю жизнь ходила теми улицами, в любое время суток, никогда не боялась. А после того случая — только такси. Заходя в подъезд — заглядываю в каждый уголок, перебегаю от стены к стене, чтобы все было в поле зрения. Больше всего боюсь «банды» мальчиков или подростков. Тут не знаешь, чего ждать и как остановить», — делится своими переживаниями другая женщина.

«Мне было девятнадцать. Я была девственницей. Был день рождения… Все разошлись, один из гостей уснул. Я мыла посуду. Он подошел сзади и начал гладить спину. Я сказала, что ему пора идти… Он повалил меня на диван… Тогда я думала, что это никакое не изнасилование… Через полгода я жила у своего дяди, где на том же этаже снимал комнату парень. Как-то на парня, с которым начала встречаться, была обижена, что после фильма не провел, а поехал домой… Потому что мама переживала. Сосед зашел, начал утешать, обнял, прижал, а потом начал целовать. Я не хотела, но было поздно. После этого ни с кем долго ничего не чувствовала», — еще одна трагическая история.

«Мне было лет 14, когда меня пытался изнасиловать пьяный чмо, родителей знакомый. Ехали автобусом через границу, на границе все побежали в дьюти-фри, я осталась в салоне одна. И здесь оно подсело ко мне, уже изрядно вмазанное, и начало цепляться и рассказывать, какое оно классное и как хорошо может мне сделать. Я была настолько напугана, что даже кричать не могла. Когда он начал меня трогать, я отбивалась молча, отталкивала его. К счастью, он не успел сделать ничего более серьезного — в автобус начали возвращаться люди. Отец сразу увидел мое лицо, спросил, кем и пошел его убивать. Едва люди оттащили. Пожалуй, это был какой-то педофил, я в 14 лет даже не была похожа на женщину, одетая была в какую-то свободную футболку и длинные шорты», — написала молодая девушка.

«На дне нашей души годы может лежать боль, — своим постом женщина решила поддержать жертв насилия. — Боль, которую мы прячем… Но пока мы ее не отпустим, она все время будет нас задевать своим лезвием в сердце. Все, кто открылся, — сильные. Вы стали примером для тех, кто побоялся это сделать…».

«Шестой год пытаются доказать в суде вину тех, кто развращал детей»

«Насилие — это фурункул, который долго созревал, и сообщение в Facebook его просто проколол, поскольку уже накопилась критическая масса», — считает председатель правления Центра информации о правах человека Татьяна Печончик.

Другие правозащитники считают, что такой интерес к теме способствовал вооруженный конфликт в Украине.

«На востоке страны столько насилия и ужасов, что говорить о своем пережитом легче, по сравнению с тем, что происходит там», — считает директор департамента коммуникации общественной организации «Ла Страда-Украина» Алена Зубченко.

По данным «Ла Страда-Украина», которая уже много лет занимается темой насилия в семье и помогает жертвам изнасилований, от начала 2016 года на «горячую линию» организации позвонило более 16 000 человек, которые искали психологического утешения и помощи после бытового насилия и домашних издевательств. Из них 97 процентов обращений были от женщин и три процента — от мужчин. Из всех тех, кто решился обратиться за помощью, только 2,5 процента признались, что подверглись сексуальному насилию.

«Во многих случаях женщины даже не идентифицируют себя как жертву, поскольку испытывают такое насилие в браке и замалчивают проблему», — говорит Алена Зубченко.

По ее словам, механизм привлечения обидчика к ответственности в Украине несовершенен, поскольку за домашнее насилие предусмотрена только административная ответственность: 15 суток ареста или административных работ.

«У нас была история, когда мужчину приговорили к исправительным работам за издевательства над женой, а он ее заставил отрабатывать это. Сама жена 15 суток подметала улицы, и он еще больше над ней издевался», — рассказывает Зубченко.

Она указывает на то, что из-за несовершенного законодательства по защите жертв насилия тотальное недоверие к правоохранительной и судебной системам заставляет пострадавших молчать о своем горьком опыте.

«У нас есть дело, когда родители пяти мальчиков уже шестой год пытаются в суде доказать вину тех, кто развращал их детей. И суд все время затягивает свое решение», — говорит представитель« Ла Страда-Украина».

Терапевт и психолог Анна Королевич говорит, до сих пор это была табуированная тема.

«Может, будем наконец людей защищать, — советует специалист. — Родители должны говорить со своими детьми, чтобы избежать чего-то подобного. А родители избегают этой темы…».

Психолог говорит, 40% мужчин не знают, что их жена была жертвой насилия.

«Из моих пациенток ни одна не поделилась пережитым со своим мужем, — говорит Анна. — Если женщина не обращается к психологу, у нее появляются страх, агрессия… Чем больше людей осознают, что насилие существует и нельзя пересекать чужие границы, тем быстрее мы придем к здоровому обществу».

Семейный психолог Людмила Петрановская отмечает, флешмоб показал масштабы этой проблемы.

«Мы понимаем, что открыто рассказать о таком опыте смогли далеко не все, — говорит она. — Мало кто рискнет написать подобное, если остается в контакте, а тем более в зависимости от насильника, например, если это родственник, сосед, руководитель. О семейных тиранов говорят те, кто уже не поддерживает с ними отношений. Есть такой принцип: чем глубже травма, тем глубже молчание. Можно предположить, что в акции участвовали те, кто вообще справился с проблемой и пережил ее. Согласно «народной социологией», как минимум, каждая вторая женщина за свою жизнь имела опыт изнасилования или попытки изнасилования. А опыт абьюзу (придирки, «лапания», сексуальные угрозы) имеет каждая, за редкими исключениями».

По словам госпожи Людмилы, цель таких массовых акций — предупредить, привлечь внимание. Донести информацию до общества.

«Флешмоб не вылечит ничьих травм, но он заставит подумать о том, о чем думать не хочется…», — уверена она.