На трассе, ведущей из Львова в Жидачева, а оттуда в Рогатин — всегда движение, днем ​​и ночью. Эта трасса рассекает пополам село, прежде, до Второй мировой войны, было городком с наименованием Сенява, а сейчас скорее мертвое, чем живое. Всего 25 «живых домов», где живут уже старые люди, школа, которую через год-два закроют, сельсовет, который уничтожит административная реформа. Уже сейчас — 30 километров от Львова, роскошные черноземы, ландшафт невероятной красоты — однако люди бегут отсюда как от чумы. С трассы на холме видно оборонный костел, построенный в конце XVI века дочерьми Александра Сенявского — Анной СТАДНИЦКОЙ и Софией Олесницкой.

Историческая справка гласит: «Акт визитации второй половины XVIII — начала XIX в. приписывает строительство костела первом настоятелю Соколовки Михалу Монторси из Бжоза, зато внутренняя отделка — Кацпер Вильжинскому. Костел освятил 1611 архиепископ Ян Замойский. В 1648 году костел сожгли казаки.

Древнейшее сохранившееся описание костела в Соколовке находим в актах визитации архиепископа Николая Игнация Вижицкого за 1741 год. Тогда в костеле было четыре алтаря: главный — Матери Божьей, боковые — Св. Троицы, Св. Антония и Св. Станислава.

Город Сенява имел магдебургское право и формально просуществовал как город до окончания Второй мировой войны. Затем потерял не только статус, но и название, в отличие от других галицких городов, таких как Новый Город Дунаев, Поморяны, Подбуж, которым хотя бы оставили их первоначальной названия. Этим роковым актам предшествовало массовое уничтожение евреев, зачистки НКВД, выселение поляков и в финале — война между поляками и украинцами, спровоцированная советскими оккупантами. Город опустел. Его бы заселили вновь, как это было при татарских нашествиях, но, потеряв статус города, Сенява избавилась элементарной городской инфраструктуры. 90-е годы ХХ века добили фермы, машинно-тракторную станцию ​​и жители отправились куда глаза глядят, чтобы никогда сюда не возвращаться. Типичная картина для украинских городов.

Это только предисловие. А речь, собственно, о костеле Святой Троицы, который сейчас напоминает пустую разбитую раковину, на которую наступил кармический сапог. Разрушение костела началось с 1947 года. Сжечь как деревянную церковь его нельзя было, поэтому там устроили склад минеральных удобрений. Химические реакции разъели интерьер, то, что не ограбили. Две бреши перед престолом и за ним — остались от мародеров, так же разбивали склепы на близлежащих кладбищах в поисках золота. Сейчас среди костела растет береза, между обломков обрушившейся кровли. Жесть снимали с крыши и уже понемногу разбирают стены. Разбитые чаши из черного мрамора для святой воды. В селе говорят, что это делают «алкоголики», маргиналы, которые не нашли себе места в независимой Украине после того, как были уничтожены их рабочие места.

В бывшей Сеняве некому защищать храм. Есть энергичные мужчины и женщины. Есть люди, которые берут кирпич, зато привозят на территорию храма мусор и мертвых животных. Спасением храма и самого Соколивки занимаются активисты из Украины и Польши. Потому что им стыдно. В Украине не так много памятников XVI века, как сакральных, так и светских, но они за все годы независимости даже не получили охранных грамот, самое малое, что можно для них сделать.

Зато не стыдно мифическому Обществу охраны памятников истории и культуры. То есть чиновникам, которые ничего не делают, у которых под боком разрушаются каменные, а другие перестраиваются под сомнительные стандарты. Документацию на утверждение Соколовского костела как культурного памятника делали тоже активисты.

«18 июня 2015 состоялось заседание Консультативного совета по вопросам охраны культурного наследия во Львовской области при отделе охраны культурного наследия и культурных ценностей облгосадминистрации, на котором приняли решение признать только выявленным памятником архитектуры местного значения комплекс костела Св. Троицы в с. Соколовка Жидачевского района Львовской области и подать документы на рассмотрение экспертной комиссии Министерства культуры Украины. Документы в министерство должны быть направлены в двухнедельный срок. До сих пор экспертная комиссия министерства документы по Соколовском костела не рассматривала», — сообщила мне Анна Коржева, один из авторов учетной карточки и паспорта этого культурного объекта.

А может, этой экспертной комиссии вообще не существует? Потому что если она есть, почему не занимается своей работой? Активисты убирают территорию, пишут о состоянии архитектурных памятников, предлагают помощь, даже заключают пакеты документов, а чиновники не выполняют своих обязанностей. За два года Министерство культуры не сделало для украинской культуры ничего. Зачем тогда обществу кормить дармоедов? Почему не распустить эти так называемые министерства, в которых нет специалистов, а лишь приспособленцы членов семей коррумпированных политиков? Ведь писатели покупают за собственные деньги книги для библиотек, ездят на восток с украинскими программами, краеведы устраивают музеи за мелкие, но по крайней мере честно заработанные деньги местных предпринимателей, за те же деньги пытаются хоть что-то восстановить или хотя бы законсервировать. Поляки, евреи и немцы восстанавливают кладбище и даже платят за их присмотр. Однако крайне неохотно дают откаты местным чиновникам, когда речь идет о реставрации памятников, и часто из-за крупных сумм взяток возвращаются ни с чем. Все это должны делать работники министерства и соответствующие организации, но их может к этому заставить только полная перезагрузка власти и изменение системы. Нет и механизма правовой ответственности за разрушение памятников прошлого.

Чугунные охранные таблицы еще советских времен снимают, чтобы снести храмы и дворцы. Вандалы в рясах искажают шедевры архитектуры до неузнаваемости, а порой даже сжигают, чтобы нагреть руки на новом строительстве. Соколовский костел надо немедленно защитить. Уже сегодня, не дожидаясь окончания войны. Другая война продолжается уже 70 лет. На войне с украинским культурным наследием — сами добровольцы и волонтеры.

У меня перед глазами спасен крест XVIII века, хранящейся в Соколовский церкви. Его и образ Матери Божьей Ченстоховской коммунисты бросили в реку, а люди спасли. Перед глазами старушка больная женщина, которая уже никогда не выйдет за пределы двора, не последний свидетель тех страшных событий. А перед глазами у бюрократов?

Украинская культура существует между двумя страшными скалами — Сциллой мародеров-люмпенов, что воруют все, что не охраняется, в том числе и кресты с могил, и Харибдой мародеров-мажоров, сносящие старинные дома, чтобы построить торговые центры с живыми акулами. Они и есть хозяевами чиновников. Жалкий лепет о меценатстве и голос вопиющих в пустыне активистов и волонтеров — власть не слышит одинаково. И грех брать деньги с кровавых рук олигархов, по вине которых сотни тысяч людей потеряли все или просто погибли. Хотя некоторые берут и не стесняются.

Эта бедная обшарпанная ветрами святыня на холме, обворована, унижена, — она ​​символ Украины, все еще держит небо над нами. В прошлом году на Троицу во дворе костела впервые за 70 лет отправили Службу Божью. И есть надежда, что вера и одержимость конце концов разрушат этот абсурдный мир изнутри и извне. Мир не может стать совершенным без Соколовского костела, без Поморянского замка, без замка Гербуртов, без сецессийных вилл и фасадов в стиле арт-деко, без монастырских садов и лесов Карпат. Без любви к маленькой родине. Без уважения к себе.