Новости Запорожья и в Украине

История имеет свойство повторяться - Первая Мировая война

25 Июль 2014

Комментарии

0
 Июль 25, 2014
 0
pervaja-mirovaja

Первая истерическая война

pervaja-mirovajaВ мае 1910 года в Лондоне хоронили короля Эдуарда VII. На похороны приехали представители всех монарших домов Европы. Это были не просто визиты вежливости. Многие правители были прямыми родственниками, а самого Эдуарда VII называли дядей Европы. Германский кайзер Вильгельм II и российский император Николай II были его племянниками. Последний даже внешне походил на Георга V, сына и преемника Эдуарда на британском престоле. Германия и Россия проводили совместные военно-морские маневры, Вильгельм являлся также шефом русского 13-го гусарского Нарвского полка.

Всего через четыре года вся эта компания близких родственников развяжет и будет вести одну из самых кровавых войн в истории человечества. Формальный повод для ее начала — убийство наследника австрийского престола Франца Фердинанда и его жены Софии в боснийской столице Сараево — окажется ничтожным на фоне развернувшейся драмы.

Эта война ужаснет современников не только своим размахом, но и ожесточенностью сторон. «Мир сошел с ума, мы должны бороться за себя и наших друзей»,- писал в письме жене Уинстон Черчилль, возглавлявший в то время британское адмиралтейство.

Купить памятник http://granitno.ru/ или надгробие в то время было обычным делом, если, конечно же, это позволяли денежные сбережения, а поток гробов казалось никогда не прекратиться.

Жестокость в ходе этого конфликта вышла даже на бытовой уровень — в России начали громить этнических немцев, а в Германии преследовали оказавшихся там русских.

Одной из причин взаимного ожесточения стала пропаганда, в тот момент впервые в истории превратившаяся в полноценное средство борьбы с врагом.

На смертный бой

«Хороший день, в особенности в смысле подъема духа»,- написал Николай II в своем дневнике за день до объявления войны.

Боевой дух у всех народов, воевавших в Первую мировую, был на высоте. Накануне ее начала и в первые месяцы боев по странам-участницам пронеслась волна патриотизма, иногда доходившая до истерии.

В России обычный учитель гимназии из провинциального Рыбинска Александр Воде написал песню Священная война, которая была более популярна во время Второй мировой войны. В первоначальном варианте она звучала так: «Вставай, страна огромная, вставай на смертный бой с тевтонской силой грозною, с проклятою ордой».
Российские художники Виктор Васнецов и Борис Кустодиев создали для царской армии военное обмундирование по мотивам древнерусских сказаний. К примеру, придумали остроконечную шапку, напоминавшую шлемы былинных богатырей, которую массово начали использовать уже позднее и назвали буденовкой.

А власть сделала символический жест — переименовала столицу империи Санкт-Петербург в Петроград, желая избавиться от немецкого окончания в названии города. Аналогичным образом поступали и в провинции, переименовывая многочисленные поселения немецких колонистов на русский лад.
Через пару недель после 1 августа — дня, когда Россия и Германия объявили друг другу войну, вскоре зафиксировали случаи побега несовершеннолетних детей и подростков в зону военных действий. Всего по стране поймали более 400 малолетних патриотов, так как их родители стали их разыскивать.
Едва началась война, как в Российской империи разъяренная толпа разгромила немецкое посольство. Германский посланник Фридрих фон Пурталес в спешке покинул город, оставив всю свою коллекцию античного искусства.

Посол смог уехать, а вот более чем миллиону этнических немцев, проживавших на тот момент в империи, бежать было некуда.

Тогда же, в феврале, власти Российской империи приняли так называемые ликвидационные законы. Согласно им, немецкие граждане России лишались земельных владений и права землепользования в пределах 150-верстной полосы российской территории вдоль границы с Германией и Австро-Венгрией и в пределах 100-верстной полосы в Финляндии, по берегам Балтийского, Черного, Азовского морей, включая Крым и Закавказье. Это притом что немцы активно жертвовали на военные нужды. Например, в четырех немецких селах крестьяне собрали для фронта более 2 тыс. руб. А 4 тысячи немцев пошли в боевые пехотные подразделения.

Летом 1915 года генерал Николай Иванов, который был тогда главнокомандующим армиями Юго-Западного фронта приказал управляющему Киевского военного округа пленить заложниками среди населения немецких колоний региона, в основном из священнослужителей и учителей, и поместить их до окончания войны в тюрьмы. Арестовывали по одному человеку с каждой тысячи немецкого населения. Главнокомандующий также обязал местные власти реквизировать у колонистов все продукты, а в самих населенных пунктах разместить беженцев. На случай, если этнические немцы откажутся сдать хлеб, фураж или не пожелают принять беженцев, Иванов пригрозил — заложники будут убиты.

Патриотическое безумие доводило до того, что большинство военнослужащих, остервенело убивающих своего врага, не могли толком объяснить, ради чего они так поступают. Русский генерал Алексей Брусилов писал:

«Сколько раз спрашивал я в окопах, из-за чего мы воюем, и всегда неизбежно получал ответ, что какой-то там Эрц-Герец-Перц с женой были убиты, а потому австрияки захотели обидеть сербов. Но кто же такие сербы — не знал почти никто, что такое славяне — было также темно, а почему немцы из-за Сербии вздумали воевать, было совершенно неизвестно». И дальше продолжает: «Чем был виноват наш простолюдин, что он не только ничего не слыхал о замыслах Германии, но и совсем не знал, что такая страна существует, понимая лишь, что есть немцы, которые обезьяну выдумали, и что зачастую сам губернатор — из этих умных и хитрых людей».

По другую сторону окопов накал националистического безумия был не меньшим.
Так, обычные немцы и австрийцы ополчились на русских, оказавшихся на начало войны в их странах. Только в Берлине их проживало около 50 тыс. Большинство из них приехали туда либо на курорты, либо на учебу в университеты. Их судьба была незавидной — многие подверглись гонениям.

Примером тому служит история группы актеров театра Константина Станиславского, вместе с детьми отдыхавшей в австрийском Мариенбаде. До России им довелось добираться полтора месяца, претерпев по дороге голод и издевательства местного населения. Станиславский удивлялся, как немцы, такой образованный народ, мог дойти до столь диких выходок. В своем дневнике режиссер писал: «Как Германия могла вырастить у себя целую новую породу людей с каменными сердцами?»
Ответ ему стоило поискать на бумаге.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

(Spamcheck Enabled)