Россия — друг и враг

«Турбоатом» получил возможность для производственного рывка в начале 2000-х благодаря РФ. 80% турбинного парка российских АЭС было изготовлено на харьковском заводе, поэтому его привлекли к модернизации электростанций и возведению новых. «Россия наконец-то решила завершить строительство Ростовской АЭС. В 2011 году «Турбоатом» получил достаточно серьезные заказы, поскольку проект был изначально рассчитан именно под его турбины», — вспоминает экс-глава НАЭК «Энергоатом» Владимир Бронников.

К 2007-му на российский рынок уходило уже около 60% продукции «Турбоатома», говорит Субботин. Но там же у харьковчан имелись два серьезных конкурента: «Силовые машины» Алексея Мордашова и «Объединенные машиностроительные заводы». В первый входит Ленинградский металлический завод, не уступающий «Турбоатому» по мощности. В советские времена интересы предприятий не пересекались: харьковский завод делал турбины мощностью 300 МВт, ленинградский — 200 МВт. При этом «двухсотки» стояли в Украине, а значит, в России могли претендовать на их ремонт и модернизацию.

Субботин решил, что негоже отдавать конкурентам кусок суверенного рынка:

«Проанализировав ситуацию в украинской теплоэнергетике, мы обнаружили следующее. 42 блока турбин по 300 МВт были произведены и поставлены нами, но еще 42 блока турбин мощностью 200 МВт — производства «Силовых машин». Мириться мы не могли».

«Турбоатом» взялся за разработку «двухсотки», привязав ее к фундаментам ленинградской машины, и сумел поставить украинским энергетикам 10 турбин мощностью 200 МВт. Дія заказчика установить на имеющийся фундамент новую турбину в расчете на 1 кВт установленной мощности вдвое дешевле, чем строить блок с нуля. По словам Субботина, российская компания тоже участвовала в тендерах, но проигрывала в цене.

turboatom-1Аналогичная ситуация складывается в РФ: конкуренты понемногу заполняют пробелы в производственных линейках. Владелец «Силовых машин» инвестировал не менее $700 млн в новую производственную площадку в Колпино. Российские и украинские турбостроители время от времени сталкиваются в конкурентной борьбе и на территории бывшего СССР, и за ее пределами («Турбоатом» поставляет продукцию в 45 стран).

Более того, главный клиент «Турбоатома» — корпорация «Росатом» — также намерен превратиться в его конкурента. «Атомэнергомаш», «дочка» российской компании, создал СП с французской Alstom, чтобы побить главный козырь «Турбоатома»: тихоходную турбину большой мощности для атомных станций. До сих пор россияне таких агрегатов делать не умели. Субботин заверил, что ситуация пока не поменялась: «Росатом» по-прежнему покупает наши турбины. Только за последние три года мы подписали и выполняем контракты на сумму около $400 млн. Все специалисты-эксплуатационщики однозначно утверждают, что украинская турбина лучше любой другой. А завод, о котором вы говорите, — пока виртуальный».

Россияне подумывали и о том, чтобы купить «Турбоатом». Завод специализируется только на турбинах, а зарубежный клиент хочет комплексную поставку на строящийся объект, чтобы один контрагент мог предложить и генератор, и котел. «Турбоатом» производит иной тип турбин, который пользуется спросом. Но самостоятельно поставлять оборудование по крупным контрактам он не в состоянии, и очень жаль, что украинские власти и руководство предприятия отказываются это понимать», — заметил в одном из интервью бывший директор «Силовых машин» Евгений Яковлев.

Директор «Электротяжмаша» тоже признает: всегда эффективнее участвовать в тендере одной структурой.

«Заказчик предпочитает, чтобы было комплектное предложение. Его могут сделать конкуренты «Турбоатома» — Siemens, Alstom, «Силовые машины». А мы не можем», — отмечает Глушаков.

Среди желающих прибрать к рукам «Турбоатом» фигурировали разные российские структуры: «Силовые машины», «Росатом», «Энергетический стандарт». Украинская власть во времена и Леонида Кучмы, и Виктора Ющенко была категорически против прихода россиян. Зато пыталась включить завод в какой-либо отечественный машиностроительный либо энергетический холдинг. За право принять предприятие в свои структуры в 2006-2008 годах боролись «Укрэнергомаш» и «Укратомиром». Субботину удалось отбиться и от этих инициатив.

«В каждом решении должна быть целесообразность. Сегодня завод динамично развивается и имеет растущие показатели, — говорит директор, которому куда больше нравится статус самостоятельного игрока. — Для «Турбоатома» атомная тематика — только одно из направлений. Мы работаем на рынке тепловой и гидрогенерации, поэтому включать нас в какой-то один из профильных активов не совсем целесообразно».

Еще в начале года «Турбоатом» фигурировал в проекте решения Кабмина о включении в список на приватизацию, и эксперты предрекали, что россияне таки добьются своего. В июле по политическим причинам планы были отменены. Инвестор, но словам Субботина, сегодня предприятию не нужен: завод и так не берет кредиты ни в Украине, ни за рубежом. За последние пять лет в модернизацию было вложено около $80 млн собственных средств.

Из всех видов объединений «Турбоатом» предпочитает кооперацию. Чаще всего — с «Электротяжмашем». Но получается не всегда. «Иногда заказчик не хочет брать украинский генератор. Тогда приходится искать другой, к примеру, тех же «Силовых машин». Но тут уже они не всегда заинтересованы нам его поставлять.», — рассказывает Субботин.

Сегодня и завтра

«Ситуация последних месяцев в Украине значительно сократила количество наших потенциальных клиентов», — неохотно констатирует Субботин. «Война все остановила», — соглашается Глушаков.

По его словам, компания ДТЭК Рината Ахметова должна была выкупить по контракту 40 генераторов до 2017 года для генерирующих подразделений, но сейчас все закупки приостановлены.

Правда, сложности из-за снижения спроса завод ощутит не ранее 2016-го. Цикл строительства паровой турбины — 18-36 месяцев, портфель заказов на 2014-2015 годы уже сформирован, причем на 60% он состоит из экспортных контрактов. План по доходам на этот год — 2,35 млрд гривен, за первое полугодие предприятие продало товара более чем на миллиард.

Правда, есть одно но. Сбыт по-прежнему минимум наполовину завязан на России. Периодически появляются сообщения о попытках харьковского завода закрепиться в той или иной стране Латинской Америки.

«Это традиционные для нас рынки, и у «Турбоатома» есть успешно выполненные контракты, но часто заказчики ставят свои условия, такие, к примеру, как частичная локализация производства или создание СП. А это уже выходит за рамки компетенции завода», — объясняет первый заместитель гендиректора «Турбоатома» Алексей Черкасский.

«Наша главная задача — выйти на новые рынки и сохранить существующие, и мы их, безусловно, сохраним», — ответил Субботин на прямой вопрос о будущем завода с учетом политической ситуации.

На «Электротяжмаше» оптимизма коллег не разделяют.

«В России с лета действует негласный запрет брать из Украины любые комплектующие. Так что обо всем, что написано на бумаге, можно забыть», — замечает Глушаков. Правда, добавляет он, «Турбоатом» все еще остается монополистом в сегменте мощных тихоходных турбин.

В этом сегменте «Турбоатом» намерен не просто удержать позиции. Завод разработал турбину мощностью 1200 МВт с прицелом на новые АЭС России. «Это машина нового поколения. С ней мы обеспечим работу завода в XXI веке и обеспечим будущее грядущим поколениям», — несколько пафосно утверждает Субботин. По данным, российские атомщики действительно оценили новинку весьма высоко. Ранее завод выпускал лишь турбину — «миллионник» — за все годы существования «Турбоатом» поставил их 20 единиц, в том числе две — на Ростовскую АЭС.

Впрочем, и конфликт на востоке Украины недавно помог «Турбоатому». В Славянске Донецкой области велись ожесточенные бои, в результате местная ТЭС получила серьезные повреждения. В итоге «Донбассэнерго» (принадлежит «Энергоинвест Холдингу» Игоря Гуменюка), собственник Славянской ТЭС, подписало контракт с «Турбоатомом» почти на полмиллиарда гривен на поставку двух турбин мощностью по 330 МВт. Станцию давно планировали модернизировать, недавние разрушения, похоже, подтолкнули собственника ускорить процесс. Это первый договор завода в нынешнем году и первый за семь лет на новые турбины для внутреннего рынка. По этому поводу Субботин со товарищи даже открыли шампанское.